Листья

Хэлл

 

Я люблю осень. Нет, не противную и слякотную, а умеренно теплую и солнечную. В такие дни приятно посидеть где-нибудь на лавочке, погрузиться в свои мысли, смотреть за последним танцем листьев в воздухе и на земле. В этот момент ты чувствуешь себя кем-то большим, чем ты являешься на самом деле, и веришь, что может случиться любое чудо, стоит лишь захотеть.

Именно в такой солнечный день и случилось мое чудо. Я сидел на лавочке в парке и любовался осенним великолепием. В деревьях щебетали еще не улетевшие птицы, а в воздухе витал запах опавших листьев и особенной непередаваемой свежести. Уже достаточно погрузившись в свои мысли, я все-таки услышал шелест от идущего по аллее человека.

Не нужно было даже смотреть, чтобы понять, что это была девушка. Ее походка была плавной и слегка неуверенной, и листья отвечали на этот шаг музыкой. Это действительно была музыка. Симфония опавших листьев. Будто ее каблучки отбивали легкий ненавязчивый ритм, а шелест накладывался на этот ритм, охватывал его и разрастался. Ветер, шумящий в кронах и ветках деревьев, щебет птиц – все это сплеталось в единый звуковой ряд, образуя самую волшебную мелодию из когда-либо слышанных.

Наши глаза встретились всего на мгновение, но этого было достаточно. Это было именно то, что описывают в вульгарных любовных романах, называя «любовь с первого взгляда». Удар, толчок, вспышка, взрыв, разряд – все это вместе и в долю секунды. Она подошла и просто присела рядом. И мы молчали. Молчали, как старые знакомые, которым есть, что сказать, но они понимают друг друга без всяких слов.

Потом мы говорили. Говорили очень долго. Обо всем на свете. Когда день начал приближаться к вечеру и стало холодать, мы пошли гулять. Гуляли до темноты и говорили, говорили. Я проводил ее домой, а уже на следующий день ждал ее на той же лавочке в парке. Ее мягкие шаги уже нельзя было ни с чем перепутать, и сердце замерло в ожидании встречи. Она подошла сзади, закрыла ладонями глаза и спросила: «Угадай кто?». Это было очень глупо и по-детски, но неожиданно мило. Наверное, такие сильные чувства имеют запас оправданий любых глупых поступков.

Дальше были долгие встречи, прогулки, звонки, сообщения. Но было ощущение, что всего этого недостаточно. Хотелось быть с ней дольше и каждая минута вдали от нее, казалось, длилась несколько часов. Лишь только выдавалось свободное время, я первым же делом звонил ей или писал. Когда мне звонила она, у меня тут же выдавалось свободное время, потому что я бросал все дела. Так прошла эта волшебная осень и наступила зима.

И  словно по щелчку, все волшебство стало испаряться. Очарование первого времени постепенно сходило на «нет». Яркие краски потускнели и сменились серой обыденностью. Звонки с фразой: «Где ты?» теперь были не признаками того, что она по тебе соскучилась, а простой проверкой. Все  чаще звучали слова: «Ты меня не любишь». Ссоры на пустом месте, беспочвенная ревность, необоснованные претензии перемежались со вполне счастливыми днями, когда все было, как в начале. Зима закончилась, а холод в отношениях только усиливался. Весна и лето также не принесли долгожданного тепла.

Ее  слезы каждый день катились по щекам, чаще всего на это не было никаких причин, но с этим препятствием она успешно справлялась и придумывала свои. Слова, которые ранее были просто словами, теперь с измененной интонацией летели, как маленькие дробинки, оставляя многочисленные дыры в сердце. Бывало, она пыталась вести себя как прежде, но вскоре неизменно скатывалась в новую истерику. Все шло по инерции и как бы по привычке. Было просто больно и обидно из-за потраченного времени, но отпускать это не хотелось и оставалось просто ждать, что все само собой образуется и вернется в нормальное русло. Но это не происходило. Запас прочности иссяк. Когда ветку сгибают, она в какой-то момент обязательно сломается, что и произошло.

Наступила новая осень, и она больше не казалась такой волшебной. Ветер был неприятным и пробирал до самых костей, шелест листьев под ногами звучал как скрип металла. Прошел целый год, а я сидел на той же лавочке в парке и ждал ее. Это, конечно, было символично – закончить все там, где это и началось. Я слышал ее шаги, но они звучали как-то по-другому.  Она подошла и снова молча села рядом. Мы не смотрели друг на друга и молчали. Она повернулась:

— Почему так случилось?

— Я не знаю.

Что еще я должен был сказать? Это была не моя вина, это была не ее вина. Это была общая вина, и выделять наиболее виноватого было бессмысленно. Видимо, это действительно была всего лишь вспышка, которая ослабевала и, наконец, совсем погасла.

— Это даже красиво – закончить отношения там, где мы познакомились, — она ухмыльнулась, но внезапно стала серьезной. – Ты ведь понимаешь, что я не смогу тебя отпустить?

— Понимаю, поэтому считаю, что нам не нужно больше видеться.

Она встала, подошла ко мне, присела на корточки и заглянула в глаза:

— Ты не хочешь меня больше видеть?

— Извини, больше не хочу. Никогда.

Она продолжала смотреть мне в глаза, надеясь найти хоть какую-то возможность остаться. Но зацепиться было не за что, и она сказала:

— Тогда я обещаю, что ты больше никогда меня не увидишь, — и как-то резко наклонилась ко мне.

Что-то кольнуло в груди, и я понял, что очень ее разочаровал. Она несколько секунд смотрела на меня и, видимо, удовлетворенная результатом, встала и, повернувшись, пошла по сухим листьям прочь. Я смотрел ей вслед, потом закрыл глаза и склонил голову. Мне было больно.

 

Она действительно выполнила свое обещание. Больше я ее никогда не видел. Но иногда бывает, что я слышу ее мягкие шаги и шелест листьев. Я слышу это даже сквозь дерево и слой земли – она часто приходит ко мне. Все-таки девушки порой могут быть очень жестокими.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Мой Мир
Tags: